2002-09-06 03:26:33

Развалины Всемирного торгового центра еще дымились, когда администрация Буша ответила на террористическую атаку действиями, ограничивающими демократию во имя спасения этой самой демократии.
Такие меры, как, прослушивание сотовых телефонов лиц, подозреваемых в терроризме, или перехватка их электронной почты были позднее одобрены конгрессом. Другие строгости получили поддержку в решениях судов, согласившихся, например, с отказом пленникам военной базы Гуантанамо в доступе к судебной системе США.

Создается впечатление, что американская администрация предпочла безопасность населения демократическим правам, которыми американцы привыкли пользоваться. "Враг объявил нам войну, - заявил президент 29 ноября. - И мы не должны позволить иностранным врагам использовать свободное общество, чтобы разрушить свободу..." В результате в США были учреждены "военные комиссии", по существу военные трибуналы, для разбирательства дел иностранных граждан, подозреваемых в терроризме.

В настоящее время федеральные службы задерживают сотни арабов и мусульман при туманных юридических обстоятельствах, могут вести закрытые слушания о депортации лиц, подозреваемых в терроризме, и даже перехватывать их телефонные разговоры с адвокатами. Сразу после террористического акта 11 сентября это казалось более, чем оправданным. Но спустя год, когда жажда мести уступает здравомыслию, либеральная Америка возмущена "агрессивной", как она выражается, позицией исполнительной власти и лично Джорджа Буша.

С исторической точки зрения все действия Буша не так уж необычны. Например в годы гражданской войны президент Линкольн арестовал тысячи подозреваемых в симпатиях к повстанцам. В первую мировую Вудро Вильсон преследовал активистов антивоенного движения. В свою очередь Франклин Рузвельт интернировал десятки тысяч американцев японского происхождения. Так что Буш, как признают даже его критики, продолжает идти протоптанной тропой.

rbn